![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
Интервью с Богом
Sep. 12th, 2006 12:33 pmПочитайте, пожалуйста, ЭТО! И не забывайте об ЭТОМ никогда...
http://www.yaplakal.com/flash/InterviewWithGodRU.swf
http://www.yaplakal.com/flash/InterviewWithGodRU.swf
Sep. 12th, 2006
Интервью с Богом
Sep. 12th, 2006 12:33 pmПочитайте, пожалуйста, ЭТО! И не забывайте об ЭТОМ никогда...
http://www.yaplakal.com/flash/InterviewWithGodRU.swf
http://www.yaplakal.com/flash/InterviewWithGodRU.swf
Время было такое
Sep. 12th, 2006 05:50 pm1. Мне 9 лет. Я учусь в третьем классе. Наша учительница объявляет, что сегодня во время классного часа состоится встреча с шефами-пионерами из пятого класса. Каждый из нас может и, собственно, должен составить вопрос в письменном виде, обязательно подписаться и по рядам передать вперед. Все вопросы и имена авторов будут зачитаны вслух, после чего уважаемые шефы-пионеры-пятиклассники авторитетно, со знанием дела и темы ответят любознательному школьнику-октябренку. Автор лучшего вопроса получит благодарность, а так же, во время приема в пионеры ему первому повяжут на шею пионерский галстук.
Мы принялись строчить вопросы. Но поскольку, я с детства человек очень искренний, неподозревающий подвохов и неподлый, я составила мучавший меня в течение длительного времени незамысловатый вопрос:
"Ответьте, пожалуйста, откуда появился на нашей планете человек? Если от обезьяны, то почему сегодняшние обезьяны не превращаются в людей? Кто я такая, и почему я - это я? Откуда я взялась и куда потом исчезну?".
Наши шефы, воодушевленно отвечая на вопросы про годы первых пятилеток и пионеров-героев, дошли до моей записки. Ничего не подозревая, одна из них громко и с выражением - как учили, зачитала вслух выведенные по всем правилам правописания слова. В классе воцарилась тишина. Учительница нервно то снимала, то надевала очки. Все молча переглядывались, я ждала обещанного пионерами ответа. После затянувшегося молчания учительница сообщила, что ответы на вторую часть вопросов мы получим в следующий раз и, избегая смотреть мне в глаза, потребовала дневник.
В чрезвычайно вежливой форме она попросила прийти в школу моего отца.
Дома я долго не решалась показать дневник - честно говоря, я не понимала, за что... Потом решила, что речь пойдет о новом порядке приема в пионеры - наверное, всех родителей извещают в приватном порядке.
Вернувшись из школы, отец ничего мне не сказал, и я успокоилась. Правда, надо отметить, у него весь вечер ходили желваки на лице. Потом они закрылись с мамой в комнате, и до меня донеслись отдельные выкрики его голоса: "Поганые социалистические недоумки со своей системой уравниловки. Я не дам ее изуродовать!". Успокоившись, что ничего не случилось, я пошла спать - завтра в школу. Обещали продолжить ответы на вопросы.
2. Мне 13 лет. Я учусь в седьмом классе. Я недавно вступила в ряды ВЛКСМ. Моя лучшая подруга в классе - председатель комитета комсомола класса.
Мы возвращаемся после уроков домой вместе, потому что, живем в одном доме. Она - моя ближайшая подруга, поэтому, я делюсь с ней абсолютно всем. У меня нет от нее секретов. Я рассказываю, что неделю назад мои родители провожали в Америку на постоянное место жительства близкого друга, бывшего одноклассника отца. И что мы сами давно бы уехали, но бабушка и дедушка категорически не согласны. Поэтому, мы никуда не уедем - папа не может оставить родителей одних.
На следующий день, как обычно, мы встретились в пол-девятого в условленном месте и направились в школу. На перемене меня отозвала в сторону заместительница председателя комитета комсомола нашего класса и предупредила, что на внеочередном комсомольском собрании на повестку дня выносится вопрос об исключении меня из рядов комсомола. У меня от ужаса задрожали руки.
После уроков наша классная руководительница, избегая смотреть мне в глаза, потребовала дневник. В чрезвычайно вежливой форме она попросила прийти в школу моего отца.
Все сразу поняв, я ничего не выдумывала и, дождавшись вечером прихода отца с работы, молча раскрыла перед ним исписанную зловещим красным почерком страницу.
Зная мой характер, отец не спросил у меня, в чем дело.
На следующий день я не находила себе места. Вернувшись из школы, отец посмотрел на меня тяжелым взглядом. Его лицо было покрыто красными пятнами. Не раздеваясь, он тут же прошел в комнату и заперся там с мамой. До меня донеслась только одна фраза: "Я их ненавижу, но я не дам ее изуродовать!". Мама в ответ что-то нервно спрашивала про должность зам.начальника лаборатории. Я не спала всю ночь.
Из комсомола меня не исключили, но подругу мою бывшую вызвали на заседание комитета комсомола школы и вынесли строгий выговор за злоупотребеление должностью.
Пока я не закончила школу, я не слышала от родителей более ни одного слова - ни о судьбе его школьного друга, уехавшего в Америку, ни о возможной эмиграции нашей семьи.
Мы принялись строчить вопросы. Но поскольку, я с детства человек очень искренний, неподозревающий подвохов и неподлый, я составила мучавший меня в течение длительного времени незамысловатый вопрос:
"Ответьте, пожалуйста, откуда появился на нашей планете человек? Если от обезьяны, то почему сегодняшние обезьяны не превращаются в людей? Кто я такая, и почему я - это я? Откуда я взялась и куда потом исчезну?".
Наши шефы, воодушевленно отвечая на вопросы про годы первых пятилеток и пионеров-героев, дошли до моей записки. Ничего не подозревая, одна из них громко и с выражением - как учили, зачитала вслух выведенные по всем правилам правописания слова. В классе воцарилась тишина. Учительница нервно то снимала, то надевала очки. Все молча переглядывались, я ждала обещанного пионерами ответа. После затянувшегося молчания учительница сообщила, что ответы на вторую часть вопросов мы получим в следующий раз и, избегая смотреть мне в глаза, потребовала дневник.
В чрезвычайно вежливой форме она попросила прийти в школу моего отца.
Дома я долго не решалась показать дневник - честно говоря, я не понимала, за что... Потом решила, что речь пойдет о новом порядке приема в пионеры - наверное, всех родителей извещают в приватном порядке.
Вернувшись из школы, отец ничего мне не сказал, и я успокоилась. Правда, надо отметить, у него весь вечер ходили желваки на лице. Потом они закрылись с мамой в комнате, и до меня донеслись отдельные выкрики его голоса: "Поганые социалистические недоумки со своей системой уравниловки. Я не дам ее изуродовать!". Успокоившись, что ничего не случилось, я пошла спать - завтра в школу. Обещали продолжить ответы на вопросы.
2. Мне 13 лет. Я учусь в седьмом классе. Я недавно вступила в ряды ВЛКСМ. Моя лучшая подруга в классе - председатель комитета комсомола класса.
Мы возвращаемся после уроков домой вместе, потому что, живем в одном доме. Она - моя ближайшая подруга, поэтому, я делюсь с ней абсолютно всем. У меня нет от нее секретов. Я рассказываю, что неделю назад мои родители провожали в Америку на постоянное место жительства близкого друга, бывшего одноклассника отца. И что мы сами давно бы уехали, но бабушка и дедушка категорически не согласны. Поэтому, мы никуда не уедем - папа не может оставить родителей одних.
На следующий день, как обычно, мы встретились в пол-девятого в условленном месте и направились в школу. На перемене меня отозвала в сторону заместительница председателя комитета комсомола нашего класса и предупредила, что на внеочередном комсомольском собрании на повестку дня выносится вопрос об исключении меня из рядов комсомола. У меня от ужаса задрожали руки.
После уроков наша классная руководительница, избегая смотреть мне в глаза, потребовала дневник. В чрезвычайно вежливой форме она попросила прийти в школу моего отца.
Все сразу поняв, я ничего не выдумывала и, дождавшись вечером прихода отца с работы, молча раскрыла перед ним исписанную зловещим красным почерком страницу.
Зная мой характер, отец не спросил у меня, в чем дело.
На следующий день я не находила себе места. Вернувшись из школы, отец посмотрел на меня тяжелым взглядом. Его лицо было покрыто красными пятнами. Не раздеваясь, он тут же прошел в комнату и заперся там с мамой. До меня донеслась только одна фраза: "Я их ненавижу, но я не дам ее изуродовать!". Мама в ответ что-то нервно спрашивала про должность зам.начальника лаборатории. Я не спала всю ночь.
Из комсомола меня не исключили, но подругу мою бывшую вызвали на заседание комитета комсомола школы и вынесли строгий выговор за злоупотребеление должностью.
Пока я не закончила школу, я не слышала от родителей более ни одного слова - ни о судьбе его школьного друга, уехавшего в Америку, ни о возможной эмиграции нашей семьи.
Время было такое
Sep. 12th, 2006 05:50 pm1. Мне 9 лет. Я учусь в третьем классе. Наша учительница объявляет, что сегодня во время классного часа состоится встреча с шефами-пионерами из пятого класса. Каждый из нас может и, собственно, должен составить вопрос в письменном виде, обязательно подписаться и по рядам передать вперед. Все вопросы и имена авторов будут зачитаны вслух, после чего уважаемые шефы-пионеры-пятиклассники авторитетно, со знанием дела и темы ответят любознательному школьнику-октябренку. Автор лучшего вопроса получит благодарность, а так же, во время приема в пионеры ему первому повяжут на шею пионерский галстук.
Мы принялись строчить вопросы. Но поскольку, я с детства человек очень искренний, неподозревающий подвохов и неподлый, я составила мучавший меня в течение длительного времени незамысловатый вопрос:
"Ответьте, пожалуйста, откуда появился на нашей планете человек? Если от обезьяны, то почему сегодняшние обезьяны не превращаются в людей? Кто я такая, и почему я - это я? Откуда я взялась и куда потом исчезну?".
Наши шефы, воодушевленно отвечая на вопросы про годы первых пятилеток и пионеров-героев, дошли до моей записки. Ничего не подозревая, одна из них громко и с выражением - как учили, зачитала вслух выведенные по всем правилам правописания слова. В классе воцарилась тишина. Учительница нервно то снимала, то надевала очки. Все молча переглядывались, я ждала обещанного пионерами ответа. После затянувшегося молчания учительница сообщила, что ответы на вторую часть вопросов мы получим в следующий раз и, избегая смотреть мне в глаза, потребовала дневник.
В чрезвычайно вежливой форме она попросила прийти в школу моего отца.
Дома я долго не решалась показать дневник - честно говоря, я не понимала, за что... Потом решила, что речь пойдет о новом порядке приема в пионеры - наверное, всех родителей извещают в приватном порядке.
Вернувшись из школы, отец ничего мне не сказал, и я успокоилась. Правда, надо отметить, у него весь вечер ходили желваки на лице. Потом они закрылись с мамой в комнате, и до меня донеслись отдельные выкрики его голоса: "Поганые социалистические недоумки со своей системой уравниловки. Я не дам ее изуродовать!". Успокоившись, что ничего не случилось, я пошла спать - завтра в школу. Обещали продолжить ответы на вопросы.
2. Мне 13 лет. Я учусь в седьмом классе. Я недавно вступила в ряды ВЛКСМ. Моя лучшая подруга в классе - председатель комитета комсомола класса.
Мы возвращаемся после уроков домой вместе, потому что, живем в одном доме. Она - моя ближайшая подруга, поэтому, я делюсь с ней абсолютно всем. У меня нет от нее секретов. Я рассказываю, что неделю назад мои родители провожали в Америку на постоянное место жительства близкого друга, бывшего одноклассника отца. И что мы сами давно бы уехали, но бабушка и дедушка категорически не согласны. Поэтому, мы никуда не уедем - папа не может оставить родителей одних.
На следующий день, как обычно, мы встретились в пол-девятого в условленном месте и направились в школу. На перемене меня отозвала в сторону заместительница председателя комитета комсомола нашего класса и предупредила, что на внеочередном комсомольском собрании на повестку дня выносится вопрос об исключении меня из рядов комсомола. У меня от ужаса задрожали руки.
После уроков наша классная руководительница, избегая смотреть мне в глаза, потребовала дневник. В чрезвычайно вежливой форме она попросила прийти в школу моего отца.
Все сразу поняв, я ничего не выдумывала и, дождавшись вечером прихода отца с работы, молча раскрыла перед ним исписанную зловещим красным почерком страницу.
Зная мой характер, отец не спросил у меня, в чем дело.
На следующий день я не находила себе места. Вернувшись из школы, отец посмотрел на меня тяжелым взглядом. Его лицо было покрыто красными пятнами. Не раздеваясь, он тут же прошел в комнату и заперся там с мамой. До меня донеслась только одна фраза: "Я их ненавижу, но я не дам ее изуродовать!". Мама в ответ что-то нервно спрашивала про должность зам.начальника лаборатории. Я не спала всю ночь.
Из комсомола меня не исключили, но подругу мою бывшую вызвали на заседание комитета комсомола школы и вынесли строгий выговор за злоупотребеление должностью.
Пока я не закончила школу, я не слышала от родителей более ни одного слова - ни о судьбе его школьного друга, уехавшего в Америку, ни о возможной эмиграции нашей семьи.
Мы принялись строчить вопросы. Но поскольку, я с детства человек очень искренний, неподозревающий подвохов и неподлый, я составила мучавший меня в течение длительного времени незамысловатый вопрос:
"Ответьте, пожалуйста, откуда появился на нашей планете человек? Если от обезьяны, то почему сегодняшние обезьяны не превращаются в людей? Кто я такая, и почему я - это я? Откуда я взялась и куда потом исчезну?".
Наши шефы, воодушевленно отвечая на вопросы про годы первых пятилеток и пионеров-героев, дошли до моей записки. Ничего не подозревая, одна из них громко и с выражением - как учили, зачитала вслух выведенные по всем правилам правописания слова. В классе воцарилась тишина. Учительница нервно то снимала, то надевала очки. Все молча переглядывались, я ждала обещанного пионерами ответа. После затянувшегося молчания учительница сообщила, что ответы на вторую часть вопросов мы получим в следующий раз и, избегая смотреть мне в глаза, потребовала дневник.
В чрезвычайно вежливой форме она попросила прийти в школу моего отца.
Дома я долго не решалась показать дневник - честно говоря, я не понимала, за что... Потом решила, что речь пойдет о новом порядке приема в пионеры - наверное, всех родителей извещают в приватном порядке.
Вернувшись из школы, отец ничего мне не сказал, и я успокоилась. Правда, надо отметить, у него весь вечер ходили желваки на лице. Потом они закрылись с мамой в комнате, и до меня донеслись отдельные выкрики его голоса: "Поганые социалистические недоумки со своей системой уравниловки. Я не дам ее изуродовать!". Успокоившись, что ничего не случилось, я пошла спать - завтра в школу. Обещали продолжить ответы на вопросы.
2. Мне 13 лет. Я учусь в седьмом классе. Я недавно вступила в ряды ВЛКСМ. Моя лучшая подруга в классе - председатель комитета комсомола класса.
Мы возвращаемся после уроков домой вместе, потому что, живем в одном доме. Она - моя ближайшая подруга, поэтому, я делюсь с ней абсолютно всем. У меня нет от нее секретов. Я рассказываю, что неделю назад мои родители провожали в Америку на постоянное место жительства близкого друга, бывшего одноклассника отца. И что мы сами давно бы уехали, но бабушка и дедушка категорически не согласны. Поэтому, мы никуда не уедем - папа не может оставить родителей одних.
На следующий день, как обычно, мы встретились в пол-девятого в условленном месте и направились в школу. На перемене меня отозвала в сторону заместительница председателя комитета комсомола нашего класса и предупредила, что на внеочередном комсомольском собрании на повестку дня выносится вопрос об исключении меня из рядов комсомола. У меня от ужаса задрожали руки.
После уроков наша классная руководительница, избегая смотреть мне в глаза, потребовала дневник. В чрезвычайно вежливой форме она попросила прийти в школу моего отца.
Все сразу поняв, я ничего не выдумывала и, дождавшись вечером прихода отца с работы, молча раскрыла перед ним исписанную зловещим красным почерком страницу.
Зная мой характер, отец не спросил у меня, в чем дело.
На следующий день я не находила себе места. Вернувшись из школы, отец посмотрел на меня тяжелым взглядом. Его лицо было покрыто красными пятнами. Не раздеваясь, он тут же прошел в комнату и заперся там с мамой. До меня донеслась только одна фраза: "Я их ненавижу, но я не дам ее изуродовать!". Мама в ответ что-то нервно спрашивала про должность зам.начальника лаборатории. Я не спала всю ночь.
Из комсомола меня не исключили, но подругу мою бывшую вызвали на заседание комитета комсомола школы и вынесли строгий выговор за злоупотребеление должностью.
Пока я не закончила школу, я не слышала от родителей более ни одного слова - ни о судьбе его школьного друга, уехавшего в Америку, ни о возможной эмиграции нашей семьи.
(no subject)
Sep. 12th, 2006 07:32 pmЕсть женщины, с которыми хорошо, но без которых еще лучше.
Есть женщины, с которыми плохо, но без которых еще хуже.
Есть женщины, с которыми плохо, но без которых еще хуже.
(no subject)
Sep. 12th, 2006 09:46 pmСмотрю передачу об Эмануиле Виторгане и Алле Балтер. Счастье, построенное на двух разбитых жизнях их бывших супругов. Но дело не в этом. Алла Балтер запретила Виторгану встречаться с его дочерью от первого брака, мотивируя тем, что будущее нельзя построить на обломках прошлого.
Разве дети - это обломки прошлого???
Разве дети - это обломки прошлого???
(no subject)
Sep. 12th, 2006 09:46 pmСмотрю передачу об Эмануиле Виторгане и Алле Балтер. Счастье, построенное на двух разбитых жизнях их бывших супругов. Но дело не в этом. Алла Балтер запретила Виторгану встречаться с его дочерью от первого брака, мотивируя тем, что будущее нельзя построить на обломках прошлого.
Разве дети - это обломки прошлого???
Разве дети - это обломки прошлого???