Дети и многое, что с ними связано
Nov. 4th, 2011 10:43 pm![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
katussjaДля начала похвастаюсь своим чудом. Мой любимый мужчина уезжает завтра до 20 декабря. Вернется снова к Рождеству и Новому Году. А пока я страдаю
И раз уж мы затронули тему детей, узнаем, наконец, как в действительности происходит процесс лишения родительских прав в Германии.
Как ни странно, но зарубежная пресса и даже некоторые немецкие СМИ публикуют противоречащие действительности и порочащие исполнительную власть ФРГ сведения, рассказывая о легкости, с которой любой чиновник ведомства по делам детей и юношества (Jugendamt) и даже сотрудник многочисленных и неизвестных ни одному инспектору структур по охране и защите прав детей может забрать ребенка из семьи, даже не взирая на протесты родителей и не имея на то соответствующих полномочий. Дабы не вводить читателя в заблуждение, мы подчеркиваем: никаких иных альтернативных и самоуправных заведений кроме Jugendamt, допущенных до решения судьбы ребенка, в Германии нет и никогда не было.
Шестая статья Конституции Германии гласит:
1. Брак и семья находятся под особой защитой государства.
2. Под понятием «семья» понимаются отношения между родителями и их детьми, как конституционная гарантия института семьи и брака. Забота и воспитание детей являются естественным правом и первейшей обязанностью родителей. Приоритетными в семье являются интересы ребенка, служащие барьером на пути вмешательства государства.
Закон 1666 гражданского кодекса ФРГ (BGB) заявляет:
1. Если здоровье ребенка, его душевное и физическое состояние свидетельствуют о явном нарушении родителями законодательных обязанностей по воспитанию и обеспечению должного развития, семейный суд Германии принимает официальные меры, направленные на ограждение ребенка от опасности и предоставление идущего во благо и гарантированного Конституцией права гармоничного развития. К самой критической мере воздействия относится лишение родительских прав и принудительный для родителей отъем ребенка с последующим размещением в предоставляющих нормальное существование условиях.
Я обратилась в ведомство по делам детей и юношества к господину Гуи Вальтеру (Guy Walther), начальнику подведомственной службы по надзору за обеспечением прав детей. Тема нашей беседы имела недвусмысленное название: «Причины и процедура лишения родительских прав в Германии».
Ведомство получает тревожный сигнал
Корни недостаточной родительской заботы о детях произрастают из бытовых проблем: неустроенной жизни, неудачного брака, кризиса семейных отношений, рождения ненужного ребенка, которые чаще всего выливаются в алкоголизм. Или же общественная жизнь дает серьезную трещину - шаткое положение на работе, неожиданное увольнение супруга, ухудшение материального положения. Жертвой наплыва неприятностей, как это ни прискорбно, становится ребенок, как зависимое от всех и каждого бесправное существо. Печальной процедуре лишения родительских прав предшествует серия тревожных показаний от ближайших родственников или компетентных сотрудников детских учреждений, осуществляющих присмотр за детьми вне пределов семьи. Если маленький человечек регулярно появляется в детском саду или в школе с синяками, со следами побоев, неухоженный, голодный, нездоровый или вообще исчезает из школы (нарушение закона об обязательном посещении школы), у администрации появляется небеспочвенное подозрение в злоупотреблении родителями приоритетным персональным положением. В ведомство поступает сигнал тревоги, побуждающий сотрудников к санкционированным действиям.
Сообщения соседей или «друзей семьи» воспринимаются весьма сдержанно - уже неоднократно наблюдались случаи поклепа и лжесвидетельств, когда из личной заинтересованности или внутренних конфликтов люди сводят счеты и разбираются с недругами. Работникам же детских учреждений, как государственным служащим, выражающим искреннее беспокойство, очень далекое от «добросердечной заботы» соседей, нет никакого резона наговаривать на родителей. Наоборот, органичные семейные взаимоотношения устанавливают равновесие в душе ребенка и укрепляют его нервную систему.
Недавно в ведомство обратился молодой мужчина с требованием лишить родительских прав мать его ребенка, не состоящую с ним в браке и с его слов халатно относящуюся к новорожденному. «Нам рассказывались ужасные истории», - говорит господин Вальтер. - «Будь все это в действительности, врач бы уже давным давно информировал ведомство о критическом состоянии ребенка». Позже выяснилось, что он решил таким образом отомстить за рождение нежеланного сына. Один визит к маме опроверг показания отца, которому вынесли строгое предупреждение.
Регламентация действий детского инспектора
«Наша задача заключается в созидании. Нам нужно не разрушить семью, а выяснить причины ее внутреннего дискомфорта, поддержать родителей, оказать им реальную помощь и способствовать созданию гармоничных семейных отношений», - поясняет Гуи Вальтер. - «Мы, взрослые люди, исполняя служебные обязанности, можем взглядом постороннего оценить исходящую опасность. Дети в силу возраста еще не понимают своего бедственного положения или совершенно естественная любовь к родителям и безусловный родительский авторитет, который мы не имеем права подрывать, делают даже самых, с объективной точки зрения, плохих родителей самыми дорогими и близкими людьми». Уполномоченные сотрудники, не всегда успешно согласуя визит с родителями, отправляются по месту жительства ребенка, не зная, что может предстать их глазам. Во избежание скандалов некоторые родители впускают представителей ведомства в квартиру. Если подозрения с точки зрения инспектора подтверждаются, сотрудники отдела по надзору за обеспечением прав детей вынуждены инициировать в суде по семейным вопросам, являющимся единственной и решающей инстанцией, процесс лишения родительских прав. Многие взрослые мгновенно вспоминают о своих правах и аргументируют возражения весьма странной категорией: «Мой ребенок - воспитываю, как считаю нужным». Человек, даже новорожденный - не вещь, приобретенная на правах частной собственности, не инструмент воздействия на окружающих, а личность, наделенная гражданскими правами с первого крика на родильном столе. Поэтому нарушение прав ребенка - человека не самостоятельного и беспомощного, вдвойне преступно и более, чем жестоко. И, тем не менее, при отсутствии сиюминутного риска для здоровья и ярко выраженной опасности для жизни ребенка, а так же до особого судебного решения он может остаться в семье. Семейный суд, проведя доскональное расследование с привлечением большого числа экспертов и специалистов высочайшей квалификации - от детского врача до взрослого психиатра, может не согласиться с иском на лишение родительских прав, но приставить к семье социального педагога или куратора с обязательным и регулярным контролем работниками ведомства. Суд ориентируется, прежде всего, на интересы ребенка, а не на амбиции сотрудника ведомства. Например, неубранная детская комната, беспорядок в игрушках, даже следы каши на детской одежде или шлепок по попе не являются основанием для возбуждения иска, о чем так уверенно заявляют «очевидцы» - любой инспектор может отличить уставшего и замотанного родителя от недобросовестного.
Судебное удовлетворение иска на лишение прав
Лишение родительских прав в Германии - длительная и тяжелая судебная процедура с присутствием ребенка, если позволяет его состояние здоровья и возраст, обязательным участием родителей, их адвокатов и всех правомерных свидетелей. Но даже окончательное решение суда последней инстанции, вынесенное на основе объективных критериев, не означает исчезновения биологических родителей из жизни ребенка. Не путайте отказ мамы от ребенка и последующие усыновление в другой семье с продиктованным обстоятельствами изъятием из семьи - звания папы и мамы невозможно лишить без их на то согласия. Лишенным прав родителям разрешается общаться с детьми, но в установленном судом режиме. Разлука с родителями сказывается на психике ребенка намного разрушительнее, чем любые охранные меры и методы принудительной заботы. Очень редко суд выносит категорический запрет к общению - лишение прав отрезвляет даже самых халатных родителей. Ведь несоблюдение обязанностей происходит не из-за злого умысла.
Иногда на взгляд непосвященного судебное решение выглядит несправедливо - из-за отца алкоголика, травмирующего ребенка, прав лишают обоих родителей. Недавно суд вынес категорическое постановление без возможности подачи апелляции. Маленький Томас подвергался побоям со стороны перманентно пьяного отца. И, хотя, мама не участвовала в попойках и издевательствах над сыном, она не предпринимала мер к защите ребенка и никак не ограждала его от потерявшего разум мужа. Согласно закону 323(с) УК ФРГ о неоказании помощи «бездействие и пассивность третьего лица, приведшее к совершению преступления против личности, трактуются не в пользу обвиняемого и приравниваются к потворству и соучастию», мама также подлежала обвинению в плохой заботе о сыне.
Скорость принятие решения
Самым сложным является положение с младенцами - единственными правомерными свидетелями отсутствия должной заботы о грудном ребенке могут быть детский врач или приходящая патронажная сестра, устанавливающие при осмотре запущенность ребенка. Встречается и совсем вопиющее - ведомство в срочном порядке информирует главный врач центрального детского отделения университетской клиники города: «В течение четырех недель со дня появления на свет о новорожденном не поступает никаких сведений». В этой ситуации медлить нельзя ни секунды - неизвестно, что ожидает в действительности. Но поведение родителей не всегда разумно - многие не открывают детскому инспектору дверь в квартиру. Ярко выраженная родительская агрессия дает основания к подозрению в самых худших опасениях. Но это не означает, как заявляют отдельные информативные источники, взламывания сотрудниками ведомства дверей квартиры с насильственным изъятием ребенка. Подобные действия трактуются, как несанкционированное внедрение в личную сферу и покушение на здоровье и спокойствие семьи. «Мы намерены разбить утверждения злопыхателей и фальсификаторов постановочных видео-сюжетов, демонстрирующих вседозволенность сотрудников и дискредитирующих государственную власть: при устном возражении родителей сотрудник ведомства не имеет права без непосредственного участия полиции не только отобрать ребенка, а элементарно переступить порог жилища. Мы можем стучать, звонить, требовать, но не более. На то есть закон, нарушение которого влечет за собой не просто штрафные санкции, а очень нежелательные последствия для сотрудника ведомства, злоупотребившего служебным положением» - комментирует начальник службы. Вызванная полиция с соответствующими полномочиями окажет содействие только при наличии весомых аргументов, обоснованных опасениях за жизнь ребенка и неопровержимых доказательствах угрозы его здоровью. «Сотрудникам отдела приходилось свидетельствовать более, чем ужасное состояние грудного ребенка. Двухмесячная и похоже редко получающая питание Сандра заходилась от крика. Немытое в струпьях тело и давно не менявшиеся пеленки вызвали шок даже у полиции». При таком раскладе никакие возражения родителей в расчет не принимаются - ребенок мгновенно госпитализируется. Родители пытаются оказать физическое сопротивление - мама не отдает младенца, папа угрожает расправой. Страх потерять ребенка даже в спровоцированной ими ситуации превращает людей в зверей. Полиции приходится действовать именем закона, иначе это может стоить новорожденному жизни. А к бьющеюся в истерике маме приходится помогать особо, вплоть до оказания экстренной психологической помощи. Тяжелое состояние ребенка вынуждает инспектора к незамедлительному обращению в суд для получения санкции на содержание ребенка под юрисдикцией детского ведомства. И, тем не менее, пока не удовлетворен иск на лишение родительских прав (самый срочный случай требует в суде не менее четырех недель), ни один чиновник не может запретить родителям поддерживать с ребенком контакт.
С детьми более старшего возраста, но еще требующих опеки, необходимо соблюдать крайнюю щепетильность - мама, какая бы они ни была, остается самым близким человеком. Изолируя ребенка от родителей, его нельзя испугать, что может привести к необратимым последствиям. Но никакие отговорки родителей в том, что «мы завтра исправимся» уже не помогут - у взрослых людей была возможность проявить родительские чувства и должную заботу. Дети до трех лет нуждаются в семейной обстановке и не могут быть размещены в детских интернатах - их принимают ближайшие родственники или опекунские семьи. Все расходы по содержанию ребенка (до пяти тысяч евро в месяц) несет ведомство и конечно родители - получатели социального пособия не располагают лишними средствами, а работающим родителям предписывается финансовое соучастие, потому, что изоляция детей из семьи не означает освобождения от родительских обязанностей.
Созидание, но не разрушение
Закон не считает нужным клеймить родителей, а дает им спасительный шанс. Суд имеет возможность выбирать из целого ряда разнообразных условий подходящую меру воздействия и принимать в связи с этим самые разнообразные решения, нацеленные на благополучие ребенка. Центр внимания суда - ребенок, его безопасность и спокойствие -главная цель, ради которой проводится заседание. Суровые санкции применяются исключительно в интересах ребенка и не направлены на осуждение родителей. Родительские права при заявлении родителей могут быть восстановлены, если они прошли реабилитационный период, доказали вменяемость, надежность и продемонстрировали успешную социализацию.
И раз уж мы затронули тему детей, узнаем, наконец, как в действительности происходит процесс лишения родительских прав в Германии.
Как ни странно, но зарубежная пресса и даже некоторые немецкие СМИ публикуют противоречащие действительности и порочащие исполнительную власть ФРГ сведения, рассказывая о легкости, с которой любой чиновник ведомства по делам детей и юношества (Jugendamt) и даже сотрудник многочисленных и неизвестных ни одному инспектору структур по охране и защите прав детей может забрать ребенка из семьи, даже не взирая на протесты родителей и не имея на то соответствующих полномочий. Дабы не вводить читателя в заблуждение, мы подчеркиваем: никаких иных альтернативных и самоуправных заведений кроме Jugendamt, допущенных до решения судьбы ребенка, в Германии нет и никогда не было.
Шестая статья Конституции Германии гласит:
1. Брак и семья находятся под особой защитой государства.
2. Под понятием «семья» понимаются отношения между родителями и их детьми, как конституционная гарантия института семьи и брака. Забота и воспитание детей являются естественным правом и первейшей обязанностью родителей. Приоритетными в семье являются интересы ребенка, служащие барьером на пути вмешательства государства.
Закон 1666 гражданского кодекса ФРГ (BGB) заявляет:
1. Если здоровье ребенка, его душевное и физическое состояние свидетельствуют о явном нарушении родителями законодательных обязанностей по воспитанию и обеспечению должного развития, семейный суд Германии принимает официальные меры, направленные на ограждение ребенка от опасности и предоставление идущего во благо и гарантированного Конституцией права гармоничного развития. К самой критической мере воздействия относится лишение родительских прав и принудительный для родителей отъем ребенка с последующим размещением в предоставляющих нормальное существование условиях.
Я обратилась в ведомство по делам детей и юношества к господину Гуи Вальтеру (Guy Walther), начальнику подведомственной службы по надзору за обеспечением прав детей. Тема нашей беседы имела недвусмысленное название: «Причины и процедура лишения родительских прав в Германии».
Ведомство получает тревожный сигнал
Корни недостаточной родительской заботы о детях произрастают из бытовых проблем: неустроенной жизни, неудачного брака, кризиса семейных отношений, рождения ненужного ребенка, которые чаще всего выливаются в алкоголизм. Или же общественная жизнь дает серьезную трещину - шаткое положение на работе, неожиданное увольнение супруга, ухудшение материального положения. Жертвой наплыва неприятностей, как это ни прискорбно, становится ребенок, как зависимое от всех и каждого бесправное существо. Печальной процедуре лишения родительских прав предшествует серия тревожных показаний от ближайших родственников или компетентных сотрудников детских учреждений, осуществляющих присмотр за детьми вне пределов семьи. Если маленький человечек регулярно появляется в детском саду или в школе с синяками, со следами побоев, неухоженный, голодный, нездоровый или вообще исчезает из школы (нарушение закона об обязательном посещении школы), у администрации появляется небеспочвенное подозрение в злоупотреблении родителями приоритетным персональным положением. В ведомство поступает сигнал тревоги, побуждающий сотрудников к санкционированным действиям.
Сообщения соседей или «друзей семьи» воспринимаются весьма сдержанно - уже неоднократно наблюдались случаи поклепа и лжесвидетельств, когда из личной заинтересованности или внутренних конфликтов люди сводят счеты и разбираются с недругами. Работникам же детских учреждений, как государственным служащим, выражающим искреннее беспокойство, очень далекое от «добросердечной заботы» соседей, нет никакого резона наговаривать на родителей. Наоборот, органичные семейные взаимоотношения устанавливают равновесие в душе ребенка и укрепляют его нервную систему.
Недавно в ведомство обратился молодой мужчина с требованием лишить родительских прав мать его ребенка, не состоящую с ним в браке и с его слов халатно относящуюся к новорожденному. «Нам рассказывались ужасные истории», - говорит господин Вальтер. - «Будь все это в действительности, врач бы уже давным давно информировал ведомство о критическом состоянии ребенка». Позже выяснилось, что он решил таким образом отомстить за рождение нежеланного сына. Один визит к маме опроверг показания отца, которому вынесли строгое предупреждение.
Регламентация действий детского инспектора
«Наша задача заключается в созидании. Нам нужно не разрушить семью, а выяснить причины ее внутреннего дискомфорта, поддержать родителей, оказать им реальную помощь и способствовать созданию гармоничных семейных отношений», - поясняет Гуи Вальтер. - «Мы, взрослые люди, исполняя служебные обязанности, можем взглядом постороннего оценить исходящую опасность. Дети в силу возраста еще не понимают своего бедственного положения или совершенно естественная любовь к родителям и безусловный родительский авторитет, который мы не имеем права подрывать, делают даже самых, с объективной точки зрения, плохих родителей самыми дорогими и близкими людьми». Уполномоченные сотрудники, не всегда успешно согласуя визит с родителями, отправляются по месту жительства ребенка, не зная, что может предстать их глазам. Во избежание скандалов некоторые родители впускают представителей ведомства в квартиру. Если подозрения с точки зрения инспектора подтверждаются, сотрудники отдела по надзору за обеспечением прав детей вынуждены инициировать в суде по семейным вопросам, являющимся единственной и решающей инстанцией, процесс лишения родительских прав. Многие взрослые мгновенно вспоминают о своих правах и аргументируют возражения весьма странной категорией: «Мой ребенок - воспитываю, как считаю нужным». Человек, даже новорожденный - не вещь, приобретенная на правах частной собственности, не инструмент воздействия на окружающих, а личность, наделенная гражданскими правами с первого крика на родильном столе. Поэтому нарушение прав ребенка - человека не самостоятельного и беспомощного, вдвойне преступно и более, чем жестоко. И, тем не менее, при отсутствии сиюминутного риска для здоровья и ярко выраженной опасности для жизни ребенка, а так же до особого судебного решения он может остаться в семье. Семейный суд, проведя доскональное расследование с привлечением большого числа экспертов и специалистов высочайшей квалификации - от детского врача до взрослого психиатра, может не согласиться с иском на лишение родительских прав, но приставить к семье социального педагога или куратора с обязательным и регулярным контролем работниками ведомства. Суд ориентируется, прежде всего, на интересы ребенка, а не на амбиции сотрудника ведомства. Например, неубранная детская комната, беспорядок в игрушках, даже следы каши на детской одежде или шлепок по попе не являются основанием для возбуждения иска, о чем так уверенно заявляют «очевидцы» - любой инспектор может отличить уставшего и замотанного родителя от недобросовестного.
Судебное удовлетворение иска на лишение прав
Лишение родительских прав в Германии - длительная и тяжелая судебная процедура с присутствием ребенка, если позволяет его состояние здоровья и возраст, обязательным участием родителей, их адвокатов и всех правомерных свидетелей. Но даже окончательное решение суда последней инстанции, вынесенное на основе объективных критериев, не означает исчезновения биологических родителей из жизни ребенка. Не путайте отказ мамы от ребенка и последующие усыновление в другой семье с продиктованным обстоятельствами изъятием из семьи - звания папы и мамы невозможно лишить без их на то согласия. Лишенным прав родителям разрешается общаться с детьми, но в установленном судом режиме. Разлука с родителями сказывается на психике ребенка намного разрушительнее, чем любые охранные меры и методы принудительной заботы. Очень редко суд выносит категорический запрет к общению - лишение прав отрезвляет даже самых халатных родителей. Ведь несоблюдение обязанностей происходит не из-за злого умысла.
Иногда на взгляд непосвященного судебное решение выглядит несправедливо - из-за отца алкоголика, травмирующего ребенка, прав лишают обоих родителей. Недавно суд вынес категорическое постановление без возможности подачи апелляции. Маленький Томас подвергался побоям со стороны перманентно пьяного отца. И, хотя, мама не участвовала в попойках и издевательствах над сыном, она не предпринимала мер к защите ребенка и никак не ограждала его от потерявшего разум мужа. Согласно закону 323(с) УК ФРГ о неоказании помощи «бездействие и пассивность третьего лица, приведшее к совершению преступления против личности, трактуются не в пользу обвиняемого и приравниваются к потворству и соучастию», мама также подлежала обвинению в плохой заботе о сыне.
Скорость принятие решения
Самым сложным является положение с младенцами - единственными правомерными свидетелями отсутствия должной заботы о грудном ребенке могут быть детский врач или приходящая патронажная сестра, устанавливающие при осмотре запущенность ребенка. Встречается и совсем вопиющее - ведомство в срочном порядке информирует главный врач центрального детского отделения университетской клиники города: «В течение четырех недель со дня появления на свет о новорожденном не поступает никаких сведений». В этой ситуации медлить нельзя ни секунды - неизвестно, что ожидает в действительности. Но поведение родителей не всегда разумно - многие не открывают детскому инспектору дверь в квартиру. Ярко выраженная родительская агрессия дает основания к подозрению в самых худших опасениях. Но это не означает, как заявляют отдельные информативные источники, взламывания сотрудниками ведомства дверей квартиры с насильственным изъятием ребенка. Подобные действия трактуются, как несанкционированное внедрение в личную сферу и покушение на здоровье и спокойствие семьи. «Мы намерены разбить утверждения злопыхателей и фальсификаторов постановочных видео-сюжетов, демонстрирующих вседозволенность сотрудников и дискредитирующих государственную власть: при устном возражении родителей сотрудник ведомства не имеет права без непосредственного участия полиции не только отобрать ребенка, а элементарно переступить порог жилища. Мы можем стучать, звонить, требовать, но не более. На то есть закон, нарушение которого влечет за собой не просто штрафные санкции, а очень нежелательные последствия для сотрудника ведомства, злоупотребившего служебным положением» - комментирует начальник службы. Вызванная полиция с соответствующими полномочиями окажет содействие только при наличии весомых аргументов, обоснованных опасениях за жизнь ребенка и неопровержимых доказательствах угрозы его здоровью. «Сотрудникам отдела приходилось свидетельствовать более, чем ужасное состояние грудного ребенка. Двухмесячная и похоже редко получающая питание Сандра заходилась от крика. Немытое в струпьях тело и давно не менявшиеся пеленки вызвали шок даже у полиции». При таком раскладе никакие возражения родителей в расчет не принимаются - ребенок мгновенно госпитализируется. Родители пытаются оказать физическое сопротивление - мама не отдает младенца, папа угрожает расправой. Страх потерять ребенка даже в спровоцированной ими ситуации превращает людей в зверей. Полиции приходится действовать именем закона, иначе это может стоить новорожденному жизни. А к бьющеюся в истерике маме приходится помогать особо, вплоть до оказания экстренной психологической помощи. Тяжелое состояние ребенка вынуждает инспектора к незамедлительному обращению в суд для получения санкции на содержание ребенка под юрисдикцией детского ведомства. И, тем не менее, пока не удовлетворен иск на лишение родительских прав (самый срочный случай требует в суде не менее четырех недель), ни один чиновник не может запретить родителям поддерживать с ребенком контакт.
С детьми более старшего возраста, но еще требующих опеки, необходимо соблюдать крайнюю щепетильность - мама, какая бы они ни была, остается самым близким человеком. Изолируя ребенка от родителей, его нельзя испугать, что может привести к необратимым последствиям. Но никакие отговорки родителей в том, что «мы завтра исправимся» уже не помогут - у взрослых людей была возможность проявить родительские чувства и должную заботу. Дети до трех лет нуждаются в семейной обстановке и не могут быть размещены в детских интернатах - их принимают ближайшие родственники или опекунские семьи. Все расходы по содержанию ребенка (до пяти тысяч евро в месяц) несет ведомство и конечно родители - получатели социального пособия не располагают лишними средствами, а работающим родителям предписывается финансовое соучастие, потому, что изоляция детей из семьи не означает освобождения от родительских обязанностей.
Созидание, но не разрушение
Закон не считает нужным клеймить родителей, а дает им спасительный шанс. Суд имеет возможность выбирать из целого ряда разнообразных условий подходящую меру воздействия и принимать в связи с этим самые разнообразные решения, нацеленные на благополучие ребенка. Центр внимания суда - ребенок, его безопасность и спокойствие -главная цель, ради которой проводится заседание. Суровые санкции применяются исключительно в интересах ребенка и не направлены на осуждение родителей. Родительские права при заявлении родителей могут быть восстановлены, если они прошли реабилитационный период, доказали вменяемость, надежность и продемонстрировали успешную социализацию.
