![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
katussjaВ среду я провела интервью с профессиональным психологом, действительно, специалистом, каких здесь среди нашего русскоязычного брата и сестры, практически, нет. В основном, это шарлатаны и предприниматели широкого профиля, окончившиеся какие-нибудь курсы органичного развития души, здорового тела и работы над комплексной личностью. Предлагаемая ими метода скорей напоминает целевую трудотерапию для лечения хронического алкоголизма во времена до и пост-перестройки.
Тема моего интервью касалась краха семейных отношений в русскоязычной эмиграционной среде, часто сопровождающихся распадом личности. Во всяком случае, потери адекватности и самоидентификации - однозначно. Просто не все настолько смелы, что могут в этом признаться. В эмиграции распадается восемь из десяти приехавших семей. Проблема не такая уж и мелкая, все выглядит намного серьезнее и фундаментальнее, чем представляют некоторые продвинутые эмигранты. Конечно, это касается людей, пересекших границу среды нового обитания в возрасте за 30 - 35. Дети и подростки, как правило, адаптируются очень быстро и не испытывают неудобств, душевного дискомфорта и чувства отчужденности.
А все последующие внутренние и внешние конфликты на чужой земле берут начало в материнской утробе, среде воспитания и периоде раннего детства. Не последнее слово играют родительское предопределение, навязанные десятилетиями модели поведения и, при попытке вписания в иное общество, сигнальной лампочкой вспыхивают жесточайшие несовпадения между социальными установками среды происхождения и среды нового обитания. Люди попадают в социум, в условиях которого они не могут найти ни одной точки соприкосновения. Многие пытаются реализоваться на детях, срывая на них свои собственные комплексы и фобии: "Я не нашел себя, как планировал или надеялся, поэтому ты должен оправдать мои ожидания и надежды, компенсируя мои собственные затраты и вложения!" Не правда ли, никто и ничего никому не должен? Это невротическая реакция взрослого человека на внешние раздражители, на непонимание действительности, как на не вписывающиеся во внутреннюю систему оценок и ценностей индивидуальные представления. А неприятие вынужденного акцептирования смены привычных и понятных ролей и несовпадения стереотипов является источником постоянных стрессов. В экономически развитом обществе, основанном на равноправии, женщина не обязана подчиняться мужчине и может сама себя обеспечивать. Муж уже рассматривается ею не как добытчик, предмет для подражания и глава семейного предприятия, ему предлагается роль друга, помощника, сексуального партнера, любимого или просто мужчины. Но именно с такой постановкой вопроса этот "просто мужчина" и не согласен, он по сути своей психической организации - самец, завоеватель, покоритель, герой и актер. Он отправляется на службу, как на подвиг. Ему нужно выиграть войну, принести в дом добычу, продемонстрировать предопределенную традициями предков функцию и получить ожидаемую порцию восхищения и заслуженного обожания. Мужчина без восхищения, как король без свиты - воспринимает ситуацию по внешней форме и обратной реакции обязательных зрителей. К сожалению, нет героя для жены и слуги, особенно в условиях рыночной экономики, где принципом сосуществования является договорная основа, предметом договора - устраивающие обоих отношения, построенные по законам развитого капитализма. Поэтому, суть подвига чаще всего сводится к сооружению воздушного замка в окружении воображаемых зрителей. А дальше - как снежный ком...
Как ни печально, но первое поколение взрослых эмигрантов обречено на путешествие без станции конечного назначения.
Это я все к чему? Эмиграция - среда парадоксов и неожиданностей. Я, например, отлично знаю свою карму, уже прошла с ней через половину моей жизни: я никогда не выигрываю в лотереях, мне никогда не оставляют наследство, и меня никогда не подстерегает за углом счастливая случайность. Видимо, не за те углы сворачиваю. Я всего в жизни должна добиваться сама - своим собственным трудом и приложенными мною усилиями. И если мне сообщат, что согласно прогнозу погоды завтра на моей улице ожидаются осадки в видемокрого снега хлопьями дождя из золотых монет и града из жемчугов, а небесная канцелярия уже отправила мне курьерской почтой приглашение на участие в номинации "Лучшая", значит, именно завтра мне срочно понадобиться уйти из дома, а пакет с приглашением по ошибке вручат ничего не подозревающей соседке, которая элементарно о нем забудет.
Итак, в понедельник мне позвонил некий товарищ, вычисливший меня через одну из редакций. Скромно представившись, товарищ сообщил, что собирается открывать издательство, все уже на мази, и ищет для себя подходящий его требованиям персонал. Я к таким заявлениям привычная, поэтому, шокировать меня громадьем планов и фундаментальностью предприятия сложно. Но, в конце-концов, с поганой овцы хоть шерсти клок.
После двух-трех дежурных предложений картина начала постепенно вырисовываться. Нужны пишущие журналисты, желательно, имеющие корочки и опыт работы. При этом, каждому из вновь нанимаемых предлагается его профессиональное направление. Вроде, как свобода творчества и здорового предпринимательства не ограничена, а очень даже приветствуется.
Во время разговора товарищ постоянно напирал на свой возраст:
- Мне, - говорит, - 54 года. Высокий и импозантный мужчина.
Честно говоря, мне было совершенно все равно, сколько ему лет, хоть 55, а рост его не имел для меня никакого принципиального значения: не детей же крестить.
Но поскольку перспектива вырисовывалась неясная, я решила не тратить специальный день на переговоры, а предложила товарищу встретиться после моего интервью - где-нибудь в центре в одном из приятных кафе. Днем там людей мало, не шумно, и никто не помешает деловой беседе. Товарищ согласился, сообщив, что не раз уже видел меня на фото.
День был ветренный, холодный до безобразия. Я ужасно замерзла, поэтому, с удовольствием впорхнула после интервью в оговоренный час в указанное кафе. Я мечтала только об одном: чашка горячего кофе должна была обогреть мои застывшие внутренности и расшевелить наполовину отмерзший мозг.
Оглядываюсь - никого из соответствующих предложенному описанию не вижу. Я начинаю злиться - предприниматели так себя не ведут! И в этот момент ко мне подходит мужчина лет 60-62.
Знаете, я не на свидание собиралась, а возраст предпринимательский при мобильности души и смелости коммерческих намерений роли не играет - для вступления в Политбюро, вон только, к 70-ти созревали. Но у меня уже были составлены входные установки, работающие, как контроль на входе не хуже пропускной системы в засекреченном НИИ по вопросам ориентации ракет в безвоздушном простанстве. Я была шокирована и даже не смогла этого скрыть. Зачем было уменьшать возраст лет на 10 и выдавать себя за бравогосолдата Швейка парня при очевидном наличии радикулита?
Я, все-таки, хорошо воспитанная женщина, поэтому, пришлось сворачивать разговор до банального десятиминутного сетования на погоду. Чашка кофе, какое-то пирожное, и я, сославшись на занятость, выпархивала из кафе под явно разочарованные вздохи.
Интересно, зачем вообще было придумывать все это мероприрятие и выдавать себя за другое лицо? Скорей всего, я не первая, с чьей помощью товарищ пробует решить личностные проблемы. Но уж очень примитивным способом.
Вот я и говорю: эмиграция - непознанная субстанция.
Тема моего интервью касалась краха семейных отношений в русскоязычной эмиграционной среде, часто сопровождающихся распадом личности. Во всяком случае, потери адекватности и самоидентификации - однозначно. Просто не все настолько смелы, что могут в этом признаться. В эмиграции распадается восемь из десяти приехавших семей. Проблема не такая уж и мелкая, все выглядит намного серьезнее и фундаментальнее, чем представляют некоторые продвинутые эмигранты. Конечно, это касается людей, пересекших границу среды нового обитания в возрасте за 30 - 35. Дети и подростки, как правило, адаптируются очень быстро и не испытывают неудобств, душевного дискомфорта и чувства отчужденности.
А все последующие внутренние и внешние конфликты на чужой земле берут начало в материнской утробе, среде воспитания и периоде раннего детства. Не последнее слово играют родительское предопределение, навязанные десятилетиями модели поведения и, при попытке вписания в иное общество, сигнальной лампочкой вспыхивают жесточайшие несовпадения между социальными установками среды происхождения и среды нового обитания. Люди попадают в социум, в условиях которого они не могут найти ни одной точки соприкосновения. Многие пытаются реализоваться на детях, срывая на них свои собственные комплексы и фобии: "Я не нашел себя, как планировал или надеялся, поэтому ты должен оправдать мои ожидания и надежды, компенсируя мои собственные затраты и вложения!" Не правда ли, никто и ничего никому не должен? Это невротическая реакция взрослого человека на внешние раздражители, на непонимание действительности, как на не вписывающиеся во внутреннюю систему оценок и ценностей индивидуальные представления. А неприятие вынужденного акцептирования смены привычных и понятных ролей и несовпадения стереотипов является источником постоянных стрессов. В экономически развитом обществе, основанном на равноправии, женщина не обязана подчиняться мужчине и может сама себя обеспечивать. Муж уже рассматривается ею не как добытчик, предмет для подражания и глава семейного предприятия, ему предлагается роль друга, помощника, сексуального партнера, любимого или просто мужчины. Но именно с такой постановкой вопроса этот "просто мужчина" и не согласен, он по сути своей психической организации - самец, завоеватель, покоритель, герой и актер. Он отправляется на службу, как на подвиг. Ему нужно выиграть войну, принести в дом добычу, продемонстрировать предопределенную традициями предков функцию и получить ожидаемую порцию восхищения и заслуженного обожания. Мужчина без восхищения, как король без свиты - воспринимает ситуацию по внешней форме и обратной реакции обязательных зрителей. К сожалению, нет героя для жены и слуги, особенно в условиях рыночной экономики, где принципом сосуществования является договорная основа, предметом договора - устраивающие обоих отношения, построенные по законам развитого капитализма. Поэтому, суть подвига чаще всего сводится к сооружению воздушного замка в окружении воображаемых зрителей. А дальше - как снежный ком...
Как ни печально, но первое поколение взрослых эмигрантов обречено на путешествие без станции конечного назначения.
Это я все к чему? Эмиграция - среда парадоксов и неожиданностей. Я, например, отлично знаю свою карму, уже прошла с ней через половину моей жизни: я никогда не выигрываю в лотереях, мне никогда не оставляют наследство, и меня никогда не подстерегает за углом счастливая случайность. Видимо, не за те углы сворачиваю. Я всего в жизни должна добиваться сама - своим собственным трудом и приложенными мною усилиями. И если мне сообщат, что согласно прогнозу погоды завтра на моей улице ожидаются осадки в виде
Итак, в понедельник мне позвонил некий товарищ, вычисливший меня через одну из редакций. Скромно представившись, товарищ сообщил, что собирается открывать издательство, все уже на мази, и ищет для себя подходящий его требованиям персонал. Я к таким заявлениям привычная, поэтому, шокировать меня громадьем планов и фундаментальностью предприятия сложно. Но, в конце-концов, с поганой овцы хоть шерсти клок.
После двух-трех дежурных предложений картина начала постепенно вырисовываться. Нужны пишущие журналисты, желательно, имеющие корочки и опыт работы. При этом, каждому из вновь нанимаемых предлагается его профессиональное направление. Вроде, как свобода творчества и здорового предпринимательства не ограничена, а очень даже приветствуется.
Во время разговора товарищ постоянно напирал на свой возраст:
- Мне, - говорит, - 54 года. Высокий и импозантный мужчина.
Честно говоря, мне было совершенно все равно, сколько ему лет, хоть 55, а рост его не имел для меня никакого принципиального значения: не детей же крестить.
Но поскольку перспектива вырисовывалась неясная, я решила не тратить специальный день на переговоры, а предложила товарищу встретиться после моего интервью - где-нибудь в центре в одном из приятных кафе. Днем там людей мало, не шумно, и никто не помешает деловой беседе. Товарищ согласился, сообщив, что не раз уже видел меня на фото.
День был ветренный, холодный до безобразия. Я ужасно замерзла, поэтому, с удовольствием впорхнула после интервью в оговоренный час в указанное кафе. Я мечтала только об одном: чашка горячего кофе должна была обогреть мои застывшие внутренности и расшевелить наполовину отмерзший мозг.
Оглядываюсь - никого из соответствующих предложенному описанию не вижу. Я начинаю злиться - предприниматели так себя не ведут! И в этот момент ко мне подходит мужчина лет 60-62.
Знаете, я не на свидание собиралась, а возраст предпринимательский при мобильности души и смелости коммерческих намерений роли не играет - для вступления в Политбюро, вон только, к 70-ти созревали. Но у меня уже были составлены входные установки, работающие, как контроль на входе не хуже пропускной системы в засекреченном НИИ по вопросам ориентации ракет в безвоздушном простанстве. Я была шокирована и даже не смогла этого скрыть. Зачем было уменьшать возраст лет на 10 и выдавать себя за бравого
Я, все-таки, хорошо воспитанная женщина, поэтому, пришлось сворачивать разговор до банального десятиминутного сетования на погоду. Чашка кофе, какое-то пирожное, и я, сославшись на занятость, выпархивала из кафе под явно разочарованные вздохи.
Интересно, зачем вообще было придумывать все это мероприрятие и выдавать себя за другое лицо? Скорей всего, я не первая, с чьей помощью товарищ пробует решить личностные проблемы. Но уж очень примитивным способом.
Вот я и говорю: эмиграция - непознанная субстанция.
